Каждому свое. Если адекватной текстовой эпитафией карьере Бритни Спирс будет глянцевый разворот, то для британского музыкального коллектива XTC не сгодится ничего, кроме толстого романа, который приятно почитать в дождливый день, сидя в мягком кресле и укрыв ноги пледом.
где выясняется, что городок Суиндон не так уж безнадежен, как кажется.
Свою первую гитару Энди Партридж (Andy Partridge) украл из местного молодежного клуба. Мы могли бы осудить юношу за столь предосудительный поступок, но, во-первых, это была всего лишь ужасная сингапурская поделка, а во-вторых, юный Партридж с помощью данной гитары доказал, что провинциальный английский городок Суиндон еще может производить великих людей. До той поры считалось, что потенциал Суиндона исчерпан Гилбертом О`Салливаном (Gilbert O'Sullivan) и гитаристом Джастином Хэйвордом (Justin Hayward) из Moody Blues, но явился Партридж с тремя экстатическими буквами - и затмил предшественников. Впрочем, это было чуть позже. Пока Энди просто украл гитару. Кто же виноват? Кто побудил юношу из хорошей семьи вступить на преступный путь? Ответ очевиден - телевидение. Если совсем точно, то сомнительное шоу "Monkeys", где четверо длинноволосых американцев воспевали радости поп-звездной жизни. Можем ли мы осуждать юного Партриджа, поддавшегося на эту приманку? Пожалуй, что нет, поскольку вся старая добрая Англия словно рехнулась на этой почве в конце 60-ых. Рехнулась настолько, что уже и The Beatles стали казаться чем-то академичным и добропорядочным на фоне вновь прибывающих варваров от поп-культуры. Энди Партриджу The Beatles нравились, но копировать их было сложновато; вот Monkeys - другое дело. Энди украл гитару, ничего не подозревающий отец показал отпрыску четыре аккорда, мама заказала по почте фирменную "манкизовскую" майку... И вы ждете, что после этого подростка будет интересовать Оксфорд или Кембридж? Ночные клубы, девушки, алкоголь, громкая музыка и прочие нехорошие излишества, доступные даже в Суиндоне, - вот что его интересует. Какой кошмар. Стоит ли продолжать нашу историю, если все так плохо уже в самом ее начале? Давайте попробуем.
в которой юный Партридж попадает в компанию себе подобных молодых людей.
К счастью, со временем Энди осознал, что "Monkeys" не могут быть образцом для подражания добропорядочному английскому юноше. Он бросил музыку, женился и пошел работать в банк... Хм, ладно, автор выдает желаемое за действительное. На самом деле Энди кое-как вызубрил аккорды, на которых строились хиты The Monkeys, и стал покупать другие пластинки. Миновав стадию увлечения авангардным джазом и завернутой психоделией, Энди в начале 70-ых переходит к быстрому глэм-року, ориентируясь на смесь MC5, Alice Cooper и New York Dolls. Он не одинок в этих пристрастиях - барабанщик Терри Чэмберс (Terry Chambers), гитарист Стив Филлипс (Steve Phillips) и бас-гитарист Колин Моулдинг (Colin Moulding) играют вместе с ним под вывеской Star Park. В 1973 году они переименовываются в
в которой акулы шоу-бизнеса окончательно сбивают молодых людей со стези добродетели.
Это было даже хуже чем Monkeys - агрессивные подростки с гитарами разрушали британскую культуру с попустительства властей и под одобрительные хлопки жаждущих прибылей дельцов шоу-бизнеса. Эти последние в погоне за наживой готовы были подписать контракт с кем угодно, лишь бы музыка была громкой и быстрой. Причем здесь XTC? При том, что в 1977 году XTC формально считаются частью британского панка. Формально - потому что панками никогда не были; ни по музыке, ни по одежде (выглядят они то ли как студенты-старшекурсники, то ли как сбрендившие клерки). Да и возраст уже неподходящий: всем крепко за двадцать. Однако отставной армейский офицер Иэн Рид (Ian Reid), ставший первым нормальным менеджером группы Партриджда, стал проталкивать XTC в модные лондонские клубы, где играли по преимуществу панк-рок. В результате молодую и энергичную группу посмотрели многие агенты звукозаписывающих фирм, и к осени 1977 года недостатка в предложениях уже не было. Избранная Ридом корпорация Virgin дала денег и попросила записать пару альбомов.
О чем думали эти люди? Зачем поддержали они сомнительную группу с сомнительным названием? Бог им судья. Энди Партридж и его приятели были навсегда потеряны для общества. А стало быть, общественные стандарты к ним теперь были неприменимы. Так что будем теперь к ним относиться как...хм... к музыкантам, пусть не пугает вас это слово. Давайте будем называть вещи своими именами.
Музыкальный и эмоциональный багаж XTC вряд ли можно было адекватно выразить
кричалками под вой грязных гитар. Еще в 1976 году Партридж, Моулдинг и Чэмберс
взяли в состав клавишника Барри Эндрюса (Barry Andrews), чьи попытки
играть в стиле Deep Purple были жестко пресечены на корню, и Эндрюс стал
разукрашивать галопирующий гитарный поп XTC странными синтезаторными пассажами
в стиле фантастических фильмов 50-ых годов. В концертном исполнении все это
выглядело особенно безумно. Итак, что же у них есть? У них есть некоторое количество оплаченного студийного времени в легедарных Abbey Road studios под руководством продюсера Джона Лики (John Leckie), которому еще только предстоит стать легендарным. XTC так долго ждали своего шанса, что теперь выплескивают накопившееся с энергией прямо-таки истерической, хотя по музыке это вполне мелодичный гитарный поп. Первый сингл "Science Friction" вышел в октябре 1977 года, полноценный альбом White Music последовал в январе 1978 года. К этому времени становится понятной клановая принадлежность XTC: это новая волна, то есть поколение музыкантов, использовавших разрушительную силу панк-рока, чтобы избавиться от старых клише, но двинувшихся гораздо дальше пресловутых трех аккордов и урбанистического нигилизма. Это Элвис Костелло (Elvis Costello), The Stranglers, Squeeze, американцы Talking Heads, Devo... Именно в паре с Talking Heads XTC впервые отправляются в большое клубное турне по Европе и Штатам. С Talking Heads тогда тесно сотрудничает Брайан Ино (Brian Eno), и Партридж просит его продюсировать их второй альбом. Ино, послушав XTC, отказывается: "Вам, ребята, вообще не нужен продюсер. Продюсер нужен тем, у кого проблемы с идеями. У вас нет такой проблемы".
в которой повествуется о плюсах и минусах гастрольной жизни.
Играя по 300 концертов в год, очень трудно найти время для написания новых песен. Virgin тем временем дышали в затылок и требовали новый альбом. Энди старался, но выходило как-то не очень. Барри Эндрюс написал с десяток песен, однако почти все они были забракованы Партриджем, из-за чего отношения лидера XTC с клавишником испортились навсегда. Страшная месть Эндрюса заключалась в том, что он приглашал выпить всех, кроме лидера группы. Альбом они записали (Go 2, 1978), но это был классический случай "синдрома второго альбома", хотя в аранжировках чувствуется желание сотворить нечто экстраординарное. Действительно экстраординарной оказалась обложка альбома Go2: черный квадрат был весь покрыт текстом примерно следующего содержания: "Это обложка пластинки. Этот текст - дизайн обложки пластинки. Дизайн нужен, чтобы помочь продать пластинку. Мы надеемся, что привлекли ваше внимание, и вы захотите послушать данную пластинку. Мы также хотим, чтобы вы купили ее. Идея состоит в том, что чем больше пластинок будет продано, тем больше денег получат Virgin Records, Иэн Рид и сами ХТС..." Подобные вещи говорят о желании группы скорее быть художественным явлением, нежели оскорбителями общественной морали или лидерами хит-парадов. Впрочем, хиты еще никому не вредили.
Барри Эндрюс посреди американского турне ушел из группы, чтобы обрести более комфортное существование сначала в The League of Gentlemen, работавшую с робертом Фриппом, а потом в Shriekback. На вакантное место претендует Томас Долби (Thomas Dolby) , но Партридж больше не желает иметь в группе лысеющих клавишников. Он вспоминает...
в которой Энди Партридж вспоминает о славной юности в Суиндоне.
Да-да, славная юность в конце 60-ых, и помимо прочего - ярчайшее впечатление от клубного концерта, на котором длинноволосый гитарист в одежде немыслимых цветов самозабвенно пилил что-то хендриксовское. Стрижки с тех пор стали короче, цвета одежды перестали быть столь буйными. А в остальном все то же самое - клубы Суиндона, набор кавер-версий и стороннее наблюдение - не без ревности - за взлетом земляков. Энди звонит этому замечательному человеку и сообщает, что может предложить ему более интересное занятие. В январе 1979 года Дэйв Грегори (Dave Gregory) срочно призывается в студию для модернизации звучания группы и для записи ее очередного альбома.
В процессе записи Drums and Wires, третьего альбома XTC, родилась новая модель группы - Дэйв Грегори показал себя опытным инструменталистом и аранжировщиком, заполнив звуковую лакуну, образовавшуюся после ухода Эндрюса. Новый продюсер Стив Лиллиуайт (Steve Lillywhite) сделал звук более объемным, в том числе за счет внятных барабанов и перкуссий. Инструкция Партриджа Лиллиуайту по этому поводу была краткой: "Чтоб башню сносило". Колин Моулдинг, всегда имевший пару-тройку своих вещей на альбоме, вдруг взял и написал отличную песню "Making Plans for Nigel", где мощный мелодический хук сопутствовал язвительному социальному содержанию. Virgin сделали ее синглом, и тот немедленно привел XTC в Top 20. В воздухе запахло успехом, и XTC перемещаются из клубов в большие залы.
Безостановочные концерты формируют крепкий гитарный саунд XTC с могучими барабанами, от которых сносит крышу - но при этом и Партридж, и Моулдинг остаются замечательными мелодистами, в стиле которых проскальзывает влияние 60-ых: The Kinks, The Beatles, Beach Boys, Сид Барретт (Syd Barrett)... Так они записывают Black Sea (1980) - c минимальными наложениями, просто, энергично и громко.
Через некоторое время Партридж устал и от гастролей, и от такой музыки. Он написал материал, требовавший совершенно иного подхода чем Black Sea, требовавший вдумчивой и долгой студийной работы с использованием разнообразных клавишных, перкуссии, акустических гитар... То, что из этого получилось, стало пожалуй вершиной творчества XTC - три десятка песен, из которых был составлен двойной альбом English Settlement (1982), невероятно мощный, разнообразный и амбициозный. Альбом получил хорошую прессу и отлично продавался (? 5 в Англии), однако проблема состояла в другом - теперь весь этот замечательно аранжированый материал надо было адекватно исполнять на концертах. Во-первых, это было невозможно. Во-вторых, Энди Партридж возненавидел концерты вообще. В-третьих, он стал сходить с ума.
в которой повествуется о сложных взаимоотношениях Энди Партриджа с его рассудком.
Энди просил дать ему передышку еще в 1981 году, но менеджмент, лейбл, да и остальная группа не прислушались к его просьбе. Турне 1982 года в поддержку альбома English Settlement с самого начала оказалось катастрофой. Энди стал бояться публики, у него темнело перед глазами, он бросал гитару и убегал со сцены, он падал в обморок на сцене. После серии сеансов терапевтического гипноза Партридж слегка пришел в себя и отправился с группой в США, где прежние симптомы душевного нездоровья проявились еще с большей силой. Энди испытывал натуральную физическую боль от пребывания на сцене, которая стала для него адом на земле. Турне было отменено, и XTC вернулись в Англию. Истощенный и измученный Партридж пообещал, что больше никогда не будет играть концерты. И это не было рекламным трюком. Терри Чэмберс оценил ситуацию и понял, что барабанщику нечего делать в группе, которая не играет концерты. XTC стали трио. Больной талант Энди Партриджа между тем проявил себя в цикле умиротворенных песен, которые Энди написал сидя в глубине своего сада и которые сам он воспринимал как терапию. С приглашенным барабанщиком Питером Фиппсом (Peter Phipps) они записали этот материал как альбом Mummer (1983). Тут возникли проблемы. Во-первых, запись не слишком нравилась Грегори и Моулдингу - они считали альбом слишком уж печальным, мягким и в любом случае непохожим на предыдущие альбомы. Во-вторых, альбом не понравился Virgin: там не было хит-сингла. Партриджа заставили выдавить из себя нечто похожее на хит, альбом доделывали еще три продюсера, но сделать бестселлер из терапевтической музыки никому не удалось. Не получив продолжения успешному English Settlement, Virgin начинают разочаровываться в группе. Отмена концертов в 1982 году привела к большим финансовым потерям, Иэн Рид не хотел их покрывать и расстался с командой. Virgin согласились на оплату счетов в обмен на контракт еще на шесть альбомов, но теперь эта сделка казалась им все менее выгодной. Нет хитов, нет концертов - и публика забывает об XTC. Как говорил потом Партридж, "средний англичанин, вероятно считает, что XTC распались где-то в 82-83 году".
в которой группа Энди Партриджа ведет довольно странное существование.
Понемногу придя в себя и наладив отношения с внешним миром, Партридж решил вернуться к более традиционному рок-звучанию в альбоме The Big Express (1984).
Энергичные гитары, громкие барабаны, цепляющие образы, изысканный звук - все как раньше. Только альбом никто не покупает. "Считайте меня дураком, но это были хорошие альбомы, - раздраженно комментировал позже Патридж. - Что же мне делать, если вы, сволочи, их не покупаете?!" Что делать? Например, продюсировать других артистов. Альбом The Naked Shakespeare Питера Блегвада (Peter Blegvad), другого эксцентричного арт-поп-композитора, получился очень даже ничего, и Virgin records попросили Партриджа вместе с Джоном Лики спродюсировать альбом канадской певицы Мэри Маргарет О`Хара (Mary Margereth O'Hara). Они взялись было за дело, однако тут внезапно разразился скандал: упертая католичка О`Хара выяснила, что Партридж принадлежит к англиканской церкви (это еще полбеды), а Лики вообще не христианин, а адепт индуистского гуру. Оба незадачливых продюсера были с треском выставлены из проекта. Но нет худа без добра - два религиозных диссидента решили снова поработать вместе, раз уж представился случай. Одолжив у лейбла пять тысяч фунтов, Партридж и Лики затеяли пародийную психоделическую группу The Dukes Of Stratosphear. Все взяли себе экстравагантные псевдонимы (Лорд Корнелиус Плам, Свами Ананд Награ, И Ай И Ай Оуэн и др.) и от души развлеклись, имитируя шестидесятническую психоделику. Шеститрековая пластинка была издана 1 апреля 1985 года, и... Шутку не поняли. Люди восприняли ее весьма серьезно. И обозленный Партридж вскоре узнал, что тираж легкомысленной пародии превысил тираж The Big Express (1984). Было отчего возненавидеть бестолковых слушателей. Было отчего возненавидеть и бывшего менеджера - тот судился с Virgin, и на время разбирательства все потиражные выплаты были заморожены. XTC жили на копейки с радиоэфиров и во всем зависели от своего лейбла. И когда лейбл решил, что XTC должны записывать очередной альбом в США, Партридж, Моулдинг и Грегори согласились. Если у них и были по этому поводу плохие предчувствия, то действительность оправдала их с избытком.
в которой наконец-то появляется настоящий злодей и .... все делает правильно.
В Штатах с ХТС вышла довольно странная история - издавать их там начали только с начала 80-ых годов, поиграть на стадионах до болезни Партриджа они тоже не успели... Но, видимо, зацепили американцев тем видом музыки, который в самих Штатах тогда не произрастал. Как следствие - все 80-ые годы в Штатах неуклонно растет натуральный культ XTC. Затворничество Партриджа и отсутствие концертов только подогревает страсти. Фирма Geffen, которая издает ХТС в Америке, чувствует потребность рынка и уламывает Virgin привезти англичан в Штаты для работы с американским продюсером. Так весной 1986 года XTC оказываются в Нью-Йорке. Им предстоит работать с Тоддом Рандгреном (Todd Rundgren), - легендарным музыкантом и продюсером, начинавшим еще в гаражных группах 60-ых и продложившим с претенциозными арт-рок проектами в 70-е. Как продюсер Рандгрен работал со Sparks, Патти Смит, Meat Loaf, New York Dolls, Grand Funk Railroad и еще миллионом разных артистов. В своем студийном комплексе Utopia Рандгрен был Богом. XTC (и, в частности, Партридж) его просто боялись. Он был "пугающе профессионален" - получив демозаписи от группы, он немедленно придумал концепцию альбома, оформление и название, порядок треков... Он придумал ВСЕ. Столкнувшись с таким монстром, Партридж пришел в ужас.
К столкновению амбиций и самомнений двух выдающихся музыкантов, добавилась и ревность: из предложенных к записи треков Рандгрен отобрал все песни Моулдинга, но забраковал половину материала Партриджа. Энди нервничал, а Рандгрен намеренно усугублял его состояние своими насмешками. Партридж стал срывать злость на Молудинге, и тот едва не сбежал из группы. Не дождавшись финального микса пластинки, ХТС улетают в Англию. Когда Рандгрен присылает им свой вариант, группа приходит в ужас и требует переделки. Рандгрен переделывает, но по-своему... И так до бесконечности. Когда Рандгрен наконец устал и сдался, в голове у Партриджа крутилась единственная мысль: "О Господи, этот человек зарезал нашу карьеру".
Теперь самое забавное. То, что получилось в результате этих мучительных сессий, напоминавших сеансы садо-мазохизма пополам с военными действиями, было абсолютной художественной и коммерческой удачей. Концептуальный альбом Skylarking (1986) провел полгода в американских чартах и был продан тиражом в четверть миллиона экземпляров. Рецензии американских критиков были экстатическими. Злодей Рандгрен создал в этом альбоме новый саунд XTC - пасторально-психоделический, звук, очаровавший тысячи американских студентов. XTC звучали на колледж-станциях по всей стране, причем совершенно невообразимой популярность стала пользоваться песня "Dear God", которую Партридж убрал с альбома как слабую, а Virgin беспокоились из-за откровенно атеистического содержания песни, и место ей нашлось лишь на би-сайде. Теперь Geffen был завален письмами с требованием издать "Dear God", а в американских университетах то подкладывали бомбы, чтобы прекратить трансляцию, то примерно такими же способами добивались ее возобновления. ХТС не без удивления взирали на эти страсти из Англии и постепенно приободрялись, видя как неожиданно для самих себя сотворили шедевр. Исполненные оптимизма, они записали новый альбом Oranges And Lemons (1989)в Лос Анджелесе - только уже безо всяких Рандгренов. Пэт Мастелотто (Pat Mastelotto) стучал на барабанах. Альбом немедленно возглавил чарты колледжских радоистанций в США и продавался еще дучше чем Skylarking. Но это был еще не предел - XTC могли бы стать настоящими звездами в Штатах, если... Если бы они поехали в турне. Энди Партридж был категорически против. Максимум, на который он решился - серия акустических выступлений на американских радиостанциях. Менеджер группы от отчаяния задумал запустить в тур Моулдинга и Грегори с Томасом Долби вместо Партриджа, но тут возмущенный Энди наложил вето, и группа в очередной раз оказалась без менеджера.
в которой дело доходит до забастовки.
Не пожелав развить свой американский успех и уже давно не имея этого самого успеха в Англии, в начале 90-х ХТС были в довольно типичном для себя положении неопределенности. Они продолжали писать хорошие песни и делать качественные записи, однако их лейбл не верил в то, что это кому-то нужно. Nonsuch (1992), работа с обилием клавишных инструментов и Дэйвом Мэттаксом (Dave Mattacks) на барабанах, вышла и немедленно канула в вечность, не получив от Virgin никакой рекламы. Virgin было не до этого: фирму продали концерну EMI, начались увольнения и сокращения бюджета. ХТС с тревогой наблюдали за этими процессами. Их контракт не разрывали, они были чем-то вроде почетных пенсионеров после 25-летнего сотрудничества с Virgin, только был ли в этом смысл? В 1992 году ХТС посчитали, что смысла в этом нет. Партридж поставил ультиматум: или меняем условия старого контракта и выводим группу из постоянных долгов, или разрываем контракт. Virgin не устраивало ни то, ни другое. "Тогда мы не будем писать для вас музыку", - сказал Партридж. Так началась забастовка XTC. Моулдинг и Грегори подрабатывали как сессионные музыканты, Партридж эпизодически участвовал в каких-то проектах (и даже продюсировал Blur, признававшихся во влияниях ХТС на свое творчество), но ничего для Virgin они не записывали.
Через три года Virgin сдались и отпустили группу на свободу. XTC немедленно нашли себе контракты в лагере "инди" - Cooking Vinyl в Англии и TVT в США. Они также приступили к записи накопившегося за время забастовки материала, наняли оркестр и американского барабанщика времен Skylarking Прэйри Принса (Prairie Prince... Как это часто бывает, свобода пришла с опозданием.
где рассказывается о занятиях пожилых толстокожих музыкантов.
Судьбе альбома Apple Venus уже не грозили ни чиновники Virgin, ни Тодд Рандгрен... Ему могли грозить только сами XTC. Так и вышло. Собравшись в студии впервые за шесть лет, трое немолодых музыкантов обнаружили, что по крайней мере один из них лишний. То ли вызванные диабетом перепады настроения Грегори, то ли диктаторские замашки Партриджа, то ли все вместе привело к уходу Дэйва Грегори из группы. Проблемы этим не ограничились: периодическая нехватка денег на завершение записи, пропажа демо-лент, смена продюсера... Судя по этим сообщениям из лагеря XTC, дела обстояли неважно, и вряд ли стоило ожидать от Партриджа и Моулдинга музыкального шедевра. Тем не менее, они выпустили если не шедевр, то сильную работу в своих лучших традициях, укрепив сонм поклонников во мнении, что XTC - великая группа. С добавлением - великая потерянная группа. Американские поклонники не расстанутся с мнением, что XTC - лучшая группа 80-ых, журнал Rolling Stone поместит Skylarking в список 100 лучших альбомов 80-ых... но это останется лишь мнением меньшинства. Большинство - и что обиднее всего, английское большинство - напрочь забыло об XTC, и вопрошать: "Что же вы, сволочи, не покупаете мои альбомы?!" уже бессмысленно. Партридж это знает, но с возрастом кожа становится толще, и мелкие неприятности не могут испортить ему удовольствий от творчества. В 50 лет было бы смешно рваться в популярные ТВ-шоу или отдаваться на расправу модному ремикшеру. Можно потихоньку писать песни, издавать бокс-сеты своих нетленок, принимать признания в любви от молодых групп, слушать трибьюты самому себе...
Или хотя бы, усевшись в кресло и укрывшись пледом, читать толстую книгу в дождливый день.
XTC
Свежие альбомы
Хроника7 февраля
Родились
Warren SMITH (1933)
King CURTIS (1934)
Dieter BOHLEN (1954)
Алексей МОГИЛЕВСКИЙ (1961)
Garth BROOKS (1962)
J DILLA (1974)
© 1997-2002, Pavel A. Sokolov-Khodakov
© 1997-2026, Sonya Sokolova